Тхай (thainen) wrote,
Тхай
thainen

Мы не Шарли. А зря.

Слышите гулкие раскаты? Видите зарево на горизонте? То не гром с молнией, не битва ратная. То детонируют афедроны благонамеренных граждан, узнавших, что журнал «Шарли Эбдо» опубликовал карикатуру на разбившийся русский самолёт.
Карикатура, как это в обычае у Шарли, злая, но не умная и не смешная (хороший разбор у Кузьмичёва). Но главное дело она сделала: адресаты обижены. Кто-то ищет способ ответить своей кариактурой (ещё более несмешной и неумной), кто-то рефлексирует, можно ли ему быть Шарли теперь, когда. Зря рефлексирует: плакатик "Я Шарли" одназначно показывает: нет, чувак, ты НЕ Шарли, никогда им не был и вообще не понимаешь, о чём речь. Плакаты, цветы к посольствам и прочий пафос — это из того мира, где святыни чтят. Возложение цветов к бронзовой статуе скомороха — это, пожалуй, смешно, но на самом деле скорее грустно. Профессиональный иконоборец, превращённый в икону — это очень чёрный юмор.
А бороться с иконами надо. Что у нас, где «публикации оскорбляют память о Великой Отечественной войне, ее участниках, ветеранах и жертвах, навязывая кардинальную смену ценностей, что, недопустимо в стране, в которой почитание ветеранов и жертв ВОВ является историческим долгом государства и общества», что за океаном, где затроленные игрожуры требуют цензурировать интернет, чтобы никто в нём не смел повышать голос на Женщину. Удивительно, как солидарны наши консерваторы и западные леваки в требовании уважать святыни и защищать их от кощунства святым госсапогом. Нужно понимать, что безумное «право не быть обиженным» — это не баг святынь, а фича. Что святыньки — не личное дело верующего, это оружие, созданное для того, чтобы причинять вред неверующим. Что если кто-то вслух говорит о Моральных Ценностях, то речь идёт об отъёме лично у тебя ценностей материальных.
В такой ситуации оскорбление чувств верующих — не престпление, и даже не право. Это моральный долг любого, кому дорога свобода слова и мысли. Цензура и неизбежно за ней следующая самоцензура — убийца разума: однажды спросив себя «а можно ли такое публиковать», от этого страха уже не избавишься. Так и будешь на кадой мысли озираться: а можно так думать? А не ересь ли? Поэтом любую святыню надо уничтожать превентивно. Если кто-то озвучил, что для него что-то свято, встречать это следует плевками и дружным гоготом: не имей святынь, мразь, не имей! А имеешь — так держи при себе, не показывай, потому что как только покажешь, они станут твоей слабостью. Уязвимым местом, куда больно пнут. Жестоко? Цинично? Но это единственный способ не позволить делать из святынь силу. Превращать их в оружие против каждого, кто ещё не прогнулся. Единственный бог, которого стоит чтить в наши дни — Локи, трикстер, чья главная работа — высмеивать и очень больно щёлкать по носу любого, будь то бог или человек, кто начал бронзоветь.
Вот почему величайший гуманистический манифест нашего времени — «суть /b», а сам /b — одна из самых прекрасных вещей, случившихся с интернетом и человечеством. Мы не Шарли, нет. Мы /b. Злые. Не счастливые, но весёлые. Свободные. Не обязанные что-то любить или кому-то поклоняться. Иммунные к такого рода разводкам. Не желающие навязать свою любовь кому-то другому. Скоморохи. Чудовища. Тролли.
Люди.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 37 comments